Как работают лагеря для беженцев в германии

Немецкий плавильный котел. Репортаж из лагерей для беженцев в Германии

?a-reporter (a_reporter) wrote,
2016-06-02 12:57:00a-reporter
a_reporter
2016-06-02 12:57:00Наш специальный репортаж из Гамбурга

Плавильный котел — так в США называют мультикультурную политику.

Неважно, из какой страны приедут люди, ведь они в любом случае станут американцами. С одной стороны, ситуация в Германии, куда хлынули беженцы, выглядит иначе. Будем говорить прямо: сейчас туда направляется не только цвет нации и лучшие из лучших.

С другой стороны, когда идешь по улицам немецких городов, понимаешь, что проблема извне сильно преувеличена. Да, иногда встречаются женщины в черных хиджабах с вырезом для глаз, но при этом они ведут за руку белокурых детишек, одетых вполне по-европейски.

Нет никакого ощущения опасности! Чтобы лучше разобраться в обстановке, корреспонденты Onliner.by отправились в самое пекло плавильного котла — в лагеря для беженцев близ Гамбурга.

…Пригород Гамбурга. Тихая улочка. Серия аккуратных коттеджей с солнечными батареями на крыше. Это безмятежное олицетворение немецкой мечты — собственный дом с гаражом и идеальным газоном — было нарушено в прошлом году, когда округу заселили мигранты. Теперь над поселком словно нависла тихая угроза. Это первое ощущение, когда попадаешь сюда. Но, может быть, оно обманчивое?

После скандала в Кельне во время празднования Нового года, когда более сотни женщин подверглись сексуальным домогательствам со стороны выходцев с Ближнего Востока и из Северной Африки, сдержанные немцы стали говорить о проблеме вслух. Громкий инцидент стал поводом для серьезной критики миграционной политики. Принимающая сторона получила публичную пощечину.

Однако не будем делать поспешных выводов. Лучше пройдем к лагерям для беженцев. Только в Гамбурге от Красного Креста их шесть. В живописном парке расположено несколько кампусов из вагончиков. Территория каждого огорожена. За забором одного из лагерей подростки играют в футбол. Мирная жизнь, которую они получили вдали от родины.

На входе — строгая охрана. В сторожке — туалетная бумага, подгузники, питьевая вода. На самом деле ограничений для мигрантов нет: приходи и уходи во сколько хочешь, говорят охранники. Никаких посягательств на права и свободу. Но посторонним вход воспрещен.

На воротах — детский рисунок, мол, бросай мусор в корзину. Так ненавязчиво немцы учат соблюдать правила приличия. С этим есть проблемы, говорят жители Гамбурга. Изабель — женщина, которую мы встретили вначале, рассказывала:

— В магазине молодые люди становятся впереди очереди, кричат, галдят, мусорят. На замечания не реагируют.

Многие из тех, кто живет здесь, приехали из Сирии. Мигранты рассказывают, что на условия жаловаться грех: в вагончиках есть все необходимое. Но главное — они чувствуют себя в безопасности. Могут ли сказать то же самое местные жители?

Разговор прерывается из-за шума. Рядом с лагерем появляются трое парней. Они ведут себя развязно, громко кричат по телефону, размахивают руками. Перехватываем недобрый взгляд охранников, в котором читается: «Вот от таких все проблемы».

Мы случайно подслушали разговор. Недавно в лагере подрались выходцы из двух стран. Началось все с того, что албанец громко слушал музыку. Сирийцу это не понравилось, и он запустил в лоб соседу куском трубы. Такое вот столкновение двух культур с применением насилия.

Немцы стараются смотреть на такие конфликты как бы сверху, по-хозяйски разнимая две повздорившие стороны и примиряя их. Это пример мудрости и толерантности, а история с Кельном в этом смысле весьма показательная.

Некоторые местные жители высказывали в разговоре такое мнение: «Полиция могла бы в одночасье решить проблему, выселив всех в один миг: ресурсов бы хватило. Но это было бы проявлением слабости. Эмоциональная реакция общества незамедлительно требовала жертв.

Но власти не стали ломать дров, начали спокойно разбираться в проблеме. Иначе это могло бы повредить тем, кто был совсем ни при чем».

Семья живет в Гамбурге пять месяцев. Дети немного говорят по-немецки. Германия не просто предоставляет мигрантам приют, тут действует целая программа по интеграции, одним из пунктов которой является изучение языка. Беженцам объясняют: «Без знаний вы не сможете учиться, получить работу, ассимилироваться. Это в ваших же интересах».

Встречаем мужчину с двумя мальчуганами. Идут из гипермаркета. Немецкое государство выплачивает мигрантам пособие. Очевидно, денег хватает не только на еду. В руках наших собеседников — телевизор, другие покупки.

В парке за ланчем застали девушку-медика, которая работает в лагере. Ее мнение о беженцах исключительно позитивное:

— Я не могу сказать, с какими проблемами обращаются к нам люди, но это разные поводы, в том числе огнестрельные ранения. В любом случае они очень благодарные, уважительные и вежливые. Мы помогаем всем: детям, их родителям, молодым людям, прибывшим в одиночку. Для нас это не имеет значения.

Отличить вновь прибывших от тех, кто находится в Германии уже год-два, можно по взгляду. «Новобранцы» смотрят испуганно, словно их сейчас перехватят, посадят в автобус и увезут назад — в бомбежку, к ИГИЛ, в ужас, от которого они бежали.

Более опытные мигранты смотрят вперед уверенно, как будто знают, чего ждать завтра. При переходе на другую стадию интеграции беженцам, которые более-менее освоились в немецком обществе, выделяют что-то вроде апартаментов.

Как правило, это кирпичные здания. Тут нет охраны, перед домом газон, детская площадка, качели. Ничего не выдает, что здесь живут беженцы. Возле звонков — таблички с именами. Все намекает, что люди обосновались надолго.

Первой, кому мы дозвонились, оказалась грузинская пара в возрасте. Выясняется, что Томас с женой живут тут уже 16 лет, они освоились и чувствуют себя довольно комфортно. Уверяют, что немцы сильно помогают: дают возможность трудоустроиться, а до этого момента платят вполне приличный «социал», то бишь пособие, в €320.

— Сирийцам помогают особенно, — говорит мужчина. — Если нужна дорогостоящая операция, могут выделить деньги. Даже если речь идет о €50 тыс. Им оказывают значительную поддержку.

Стучим в дверь напротив. Как только она открывается, нас окутывает аромат восточных сладостей. Здесь как раз живет семья из Сирии. Женщина испуганно смотрит на нас, из-за нее выглядывает ребенок. С общением возникают сложности. Не помогает даже язык жестов.

Через пару минут встречаем ее супруга, который приехал в Германию чуть больше года назад, но уже сносно общается на немецком. Томас вызывается помочь нам. Когда спрашиваем про войну, лицо сирийца меняется, улыбку сменяет гримаса боли.

У Анаса в Сирии было все: работа, дом, счет в банке. Теперь нет ничего

— У меня был бизнес, большой дом, счет в банке, — вздыхает Анас. — Все было хорошо! Но все разом изменила война. Теперь нет ничего. Хочу ли я вернуться? Ну конечно! У меня там два брата, друзья… Это моя родина, в конце концов. Но билеты обратно возьму только тогда, когда закончится война.

Важнейший вопрос, который ставится немецким обществом: готовы ли мигранты в будущем остаться в Германии? Есть ли у них желание интегрироваться? Впрочем, это естественный процесс. Если они захотят жить тут, то придется подчиняться общественным нормам. Но на это нужно время.

Сирийцы никогда массово не мигрировали в другие страны. Сейчас — исключение. А вот поток из Центральной Азии был постоянным. Маусуд, еще один сосед Томаса, рассказывает, что приехал полгода назад из Афганистана, опасаясь за свою жизнь. Он машет в неопределенном направлении:

— Там бомбы, теракты, киднеппинг… Выходишь из дома и не знаешь, вернешься ли назад. Тут совсем другое дело. Нас приняли, поддержали, дали жилье, деньги, возможность учиться.

Переходим в соседнее здание. На первом этаже живут беженцы из Чечни. Разговор получается долгим и непростым. Глава семейства просит не фотографировать, опасаясь за безопасность близких, которые остались в России:

— Чечня — как одна большая улица. Все друг друга знают. Да, по Грозному можно гулять хоть ночью, но это совсем не значит, что там безопасно. Я занимался автомобилями. Не шиковал. Жил как все.

Но кто-то, вероятно, позавидовал. В один прекрасный день мне сказали: «За тобой следят и ждут удобного момента, чтобы подкинуть наркотики». Тогда я понял, что это не блеф.

В Чечне ведь по телевизору одно показывают, а на деле — совсем другое…

— А тут приняли как дома. Я мигрант, но у меня есть права! — после паузы продолжает наш собеседник. — Дали «социал», правда, денег хватает только на еду. Ходим на языковые курсы. Планирую найти работу.

— Что думаете по поводу событий в Кельне? Действительно ли ситуация накалилась после прибытия свежей волны мигрантов с Ближнего Востока?

— Я сам мусульманин. И если бы напился и позволил себе так обращаться с женщинами, то мои же братья наказали бы меня… Это непозволительно! Иногда мы тоже видим, как ведет себя молодежь из числа беженцев. Некультурно — это мягко сказано, но чтобы буянили — такого нет. Проблема в другом.

Немцы очень лояльно относятся к мигрантам из Сирии. Нет паспорта? Тогда бланк заполни — через три месяца выдадут ID. А кто это был — сириец или нет — как узнать? В эту волну могли попасть не только те, кто действительно бежал от войны.

Всякий сброд воспользовался ситуацией и очутился в стране, которая напоит, накормит и жилье предоставит. Ничего делать не надо!

Из семейного блока переходим в ту часть здания, где живут «одиночки». Здесь условия попроще: душ, туалет на этаже, кухня общая. В коридоре стоит чей-то велосипед.

Афганца по имени Моухсен застаем буквально на пороге. Говорит, что семьи у него нет: отца убили боевики из «Талибана», мать умерла, сводный брат живет со своей матерью. Его на родине ничего не ждет, там для него нет будущего

Боевики движения «Талибан» убили отца Моухсена. Парень говорит, что в Афганистане его ничего не держит

— Не хочу возвращаться назад. Мне нравится жить здесь, но условия не самые хорошие для заведения семьи, — показывает он тесную комнатушку. — В планах — работать, познакомиться с девушкой, заработать на свой дом.

По соседству живет еще один афганец, которого зовут Исмаил. Его отец и три брата погибли от рук «Талибана», после чего семья бежала из страны. Мать и сестры сейчас находятся в безопасности, в Иране. Сам он в первый раз попал в Европу в 2009 году.

Читайте также:  Торговля duty free в германии

Исмаил пережил несколько депортаций. Сейчас он вновь в Европе. Ждет решения суда

— Нелегально приехал в Великобританию. Вскоре меня задержала полиция, а потом я был депортирован в Афганистан, — показывает документы парень. — Через год я вернулся в Европу, снова попал в тюрьму, где провел три месяца. Опять депортация.

Но оставаться дома, где теракты случаются каждую неделю, я не мог. В 2012-м приехал в Швейцарию, а оттуда — в Германию. Сейчас жду решения суда о своем статусе. Как только получу разрешение, смогу работать. У меня появится будущее.

Я люблю свою страну, но жить там сейчас не могу.

Многие мигранты, приехавшие из горячих точек, в один голос говорят: можно привыкнуть, что каждый день над головой летают снаряды, что надо ходить по улицам с оглядкой быстрым шагом, что надо искать укрытие в бомбоубежище. Но постоянное чувство страха испепеляет тебя, хоронит живьем, и мириться с этим невозможно…

Абдула Сиамак — нетипичный беженец. 51-летний нейрохирург тоже приехал из Афганистана. Он прекрасно говорит по-русски, как-никак в советское время работал с нашими врачами. На вопрос, почему мигрировал, отвечает несколько уклончиво:

— Понимаете, когда в твою страну приезжают чужие люди, а ты начинаешь их критиковать… Нам говорили, что это делается для защиты и демократии. А мы считаем, что это незаконно. Наша война идет почти 40 лет. Чтобы понимать процесс, нужно хорошо разбираться в особенностях. Ведь что такое „Талибан“? Откуда он появился? Кто его создал?

— Словом, у меня есть стратегия. Но если бы дома было безопасно, я бы ни секунды не оставался здесь, — заключает наш собеседник.

Абдула — 51-летний нейрохирург из Афганистана. Хочет перевезти в Гамбург жену и детей

За спиной Абдулы стикеры с записями. Сейчас мужчина активно учит немецкий. Как только языковой барьер будет преодолен, он намерен вернуться к врачебной практике. Уже есть договоренности с местными клиниками. Они готовы взять такого специалиста на работу. Тогда он сможет перевезти жену и детей, которые сейчас находятся в Афганистане, сюда, в Германию.

Понятно, что люди бежали не от хорошей жизни. И возникает вопрос: если бы не радушная Германия, то кто бы принял такое количество мигрантов? Или семьи с детьми нужно было отправить обратно под бомбы, состроив чванливую бюрократическую физиономию?

Это большой акт милосердия — что немцы не просто не отказали в приюте, но предоставили все возможности для адаптации. Ну а кто ими не воспользуется? Ну что ж, это естественный процесс: со временем зерна отделятся от плевел. Благодарные люди смогут вернуть долг стране, которая дала им кров.

Любопытные мнения услышали мы на собрании русскоязычной общины в Гамбурге. Ведь всегда интересны оценки людей, которые сами прошли путь мигранта и теперь полностью интегрированы в немецкое общество. Они могут рассуждать с двух точек зрения.

— Когда они хлынули, мы испугались, — признается одна из женщин. — На хауптбанхофе [главная железнодорожная станция — прим. Onliner.by] их было море. От испуга я брала мужа за руку. Но потом они как-то распределились по стране и перестали пугать меня. Я поняла, что это обычные люди, от них не исходит опасности.

Некоторые русские немцы работают в центрах, которые проводят вакцинацию. Они чаще других сталкиваются с беженцами. Утверждают, что все социальные фобии надуманны и нет никакой угрозы ни немецкому обществу, ни кому бы то ни было. А случай в Кельне — это исключение.

— То, что именно Германия сыграла в этом процессе ключевую роль, означает, что немцы до сих пор чувствуют вину за Вторую мировую войну? — спрашиваем мы.

— Безусловно. Это незримо присутствует во всем. Немцы очень боятся обвинений в нацизме, — рассказал один из мужчин, который занимается автобизнесом. — Когда я приехал, в шутку кидал зигу. Реакция была очень сильной. В первую очередь это был испуг. Уже потом, когда я пожил тут, понял, что это не шуточки, а страшное оскорбление.

 В этот момент к беседе подключается еще один представитель русскоязычной общины. Он высказывает другую точку зрения:

— У нас на фирме несколько мигрантов обучали сварочному делу. Даже приезжало телевидение, делало репортаж, дескать, как они адаптируются в немецком обществе. И что вы думаете? Через три недели они уже звезды, не хотят ничего делать, только свои права знают. Но так в Германии не бывает! Считаю, только треть хочет интегрироваться. Остальные приехали на халяву.

Мнения сейчас высказываются разные: кто-то нейтрален, кто-то критикует немецкий плавильный котел. Наплыв мигрантов поднял целый пласт проблем — социальных, религиозных, даже криминальных.

Но во время подготовки репортажа у нас не возникло ощущения, что они неразрешимы для немецкого общества.

Страна спокойно разбирается с неминуемыми трудностями в таком сложном процессе, и, думается, нет предпосылок считать, будто она не справится.

Источник: https://a-reporter.livejournal.com/93595.html

Лагерь для беженцев «Nostorf-Horst» взгляд изнутри |

Лагерь  для беженцев «Nostorf-Horst» взгляд изнутри

Добрый день уважаемые дамы и господа! В этой статье хочу Вам рассказать о лагере для беженцев, который находится в Германии в городе Nostorf-Horst, вернее даже не город  , а не большой поселок.Входит в состав района Северная Передняя Померания. Подчиняется управлению Мильцов. Население составляет около 1000  человек. Занимает площадь 29,66 км².

Что касается лагеря, то тут три дома (Хаус) в каждом доме около 60 комнат. Семейным ,предоставляется отдельная комната, одиночки живут от 3 до 6 человек.

После нехитрых подсчётов можно предположить, что в лагере находится от 400 до 500 человек. Народ тут разный, Арабы, беженцы с Африки,  Албании ,Сербии, Украины.

Есть чеченцы, Азербайджанцы, очень много лиц Цыганской национальности, есть Индусы. Украинцев на момент нашего  тут пребывания было около 30 человек

В общем ,приехали мы сюда в понедельник около 21.00. Да, предыстория такая. В четверг 30 апреля Мы с супругой приехали в город Бремен . Там в соответствующим учреждение подали устную заявку на политическое убежище. Сами мы приехали с Украины. В Бремен , потому, что там у меня есть друг.

Так  как это был уже вечер а на следующий день тут попросту начались выходные нам сказали явиться в понедельник утром . Прибыв к 8.00 нас приняли, спросили откуда мы и сразу же выдали направление в этот лагерь, объяснив это тем, что Украинцев принимают именно там. Нам выдали проездные билеты и вот мы тут.

Вот таким видом нас встретил лагерь ФОТО

04/05/2015 .Тут нас запустили охранники и попросили подождать. Пришла женщина почему то начала описывать в какой мы одежде ,затем выдала бумагу с нашими фамилиями и отвела в первый хауз (дом). К слову тут три таких дома на территории.

Там нам выдали постельное белье, одела, подушки два полотенца и средство личной гигиены (два мыла, два геля для душа, две зубные щетки ,две пасты и два рулона туалетной бумаги) Затем отвели в наш номер , если честно сначала номер показался жутковатым. ФОТО

Нас предупредили, что завтрак в 7.30 и нас разбудят в 7.00. 05/05/2015г. Проснувшись, мы сделали все утренние процедуры личной гигиены и направились в столовую. Столовая тут большая но, тем не менее, очереди есть.

Завтраки тут не отличаются  большим разнообразием ( впрочем как и обед с ужином) На завтрак как и на ужин  тут обычно дают пару кусочков сыра, колбасы, какой-то фрукт (вечером это или огурец или помидора), йогурт ,масло.

На выбор чай ,кофе или молоко

На той бумаге что нам выдали, поставили штамп о том что мы получили завтрак и тут же работник этого учреждения забрал эти листки и сказал , что после завтрака мы должны подойти в Инфо-центр. В Инфо-центре нас собралось человек 30, там женщина выносит листки с языком, на котором вы разговариваете и там же их заполняем.

Информацию, которую там указываем примерно такая :Фамилия, Имя, страна из которой мы прибыли, семейное положение, с кем из родственников Мы прибыли, есть ли родственники в Германии, на каком языке мы желаем разговаривать. Затем нас группами начали отводить на медицинское обследование. Кстати тут с этим очень удобно и быстро.

Медицина и администрация находится прямо на территории лагеря ФОТО

Тут померяли давления, сделали две прививки (кстати, от прививок можно отказаться) Но я бы не рекомендовал этого делать, так как тут это если честно не любят, хотят что бы все было по правилам! Прослушали дыхание. Через некоторое время нам выдали медицинские книжки и паспорт для внутреннего проживания. ФОТО

Внутренний паспорт служит вот для чего : В его вносится информация о получении всяких услуг. Например: выдача карманных денег, выдача гигиенических принадлежностей, питания. 06/05/2015 г.     В среду  утром нам принесли бумагу и предупредили что в 9.00 у нас Интервью. Всю Важную информацию Нам приносит наш Хаус мастер, он находится непосредственно в нашем блоке.

Нас собрали у входа в Административный корпус и запустили в комнату ожидания. Напряжения чувствовалось повсюду. Никто не знал, что будут спрашивать и о чем. Семейные пары вызывают по отдельности. После интервью, если все сходилось люди выходили уже с временными паспортами. Всё оказалась не так уж и страшно.

Заходит переводчик, говорящий на Вашем языке и уводит Вас в отдельный кабинет . Оказывается это первичное Интервью.

Вопросы обычного характера как вот например : откуда вы прибыли, какого числа выехали из страны , какого числа прибыли в Германию, на чем добирались, были ли паспорта, была ли немецкая виза, кто остался из родственников в вашей стране, есть ли родственники в Германии, были ли уже прошения политического убежище в других странах ЕС, спрашивают разрешение на внесение всей личной информации в базу данных, а также разрешения на снятие отпечатков пальцев. На шуточный вопрос: Даёте ли Вы , согласия на обработку данных я спросил, какие есть варианты? На что мне дан был примерно такой вариант. Вы можете отказаться или согласиться, если Вы отказываетесь, то Мы вас не держим, можете уходить и просить убежище в другой стране! После всей процедуры, нам распечатали все наши ответы на двух языках русский и немецкий, по одному экземпляру они оставили у себя и по экземпляру выдали на руки. Затем вызвали мою супругу. После всех ответов нас пригласили в комнату для снятия отпечатков пальцев и тут же выдали паспорта эмигрантов ,где уже стояла трехмесячная виза. ФОТО

Читайте также:  Как лечат саркому в германии

Потом нас проводили за территорию Административного корпуса, и Мы пошли на обед. Возвращаясь к питанию, обед уже более разнообразен. Тут предлагают уже три вида гарнира, например : Рис, макаронные изделия или картофель. Мусульманам на выбор птицу, говядину, Православным еще плюс свинина.ФОТО

Хочу так же обратить Ваше внимание ,что все что нам положено мы узнаем только от земляков, почему-то работники лагеря предпочитают об этом не говорить, а просто писать на доске объявлений мелкими буквами)).

После обеда о земляков Мы узнали , что имея уже паспорт эмигранта мы можем получить в кассе карманные деньги.

Тут уже как в Советском Союзе, если что то дают нужное, то конечно очереди! Отстояв около часа я получил на семью 234 евро! Не плохо, вот только почему то одиночки получают по 134 евро.  Тут, что-то я не могу понять их  математику!

Ура!, теперь с такими деньжищами и при наличии паспорта эмигранта мы можем выходить за пределы лагеря! Правда следует упомянуть , что до ближайшего магазина около 6 км.! Тут уже кто как добирается, есть автобус неподалеку от лагеря (стоимость проезда в одну сторону около 1,30 евро), у некоторых есть велосипеды, кто то ходит пешком!

07/05/2015 ,На следующее утро у нас было запланировано последнее, как оказалось мероприятие. Нас отвезли в ближайший городок для флюорографии. Казалось бы, ничего особенного ,но и этот эпизод мне запомнился.

Обычные водители ( их было трое, нас везли на трех автобусах по 8 человек) и тут оказались «Генералами» По моему их тут хлебом не корми а дай покомандовать. Они нас строили и в шеренгу и по двое и под стенкой и каждый по-своему.

Было бы смешно, если бы не так обидно…Тут вы не раз столкнётесь как минимум с пренебрежительным отношении службы охраны, это мягко сказано. Неприязнь их к нашему брату так и лезет , чего не скажешь о работниках бундесамта, они как раз наоборот улыбались и вежливо общались.

08/05/2015 После завтрака мы первый раз вышли в город как у нас говорят.

Совершив все необходимые покупки, мы вернулись довольные с хорошим настроением! Хочу заметить что на территории лагеря есть Киоск, он работает два раза в день по 2 часа и в субботу один раз открыт в течении также пару часов.

В киоске есть все необходимое: табак, сигареты, средства личной гигиены, жвачка, мороженное, вода, сахар, соль и т.д.. Цены правда немного выше ,чем в магазине, но не на много, а на табачные изделия цена как везде, тут это регулируются государством! ФОТО

Что касается питания, то на завтрак и ужин тут отводится 1 час 15 мин., а на обед 1,5 часа. Обед тут выходит так , что самое  популярное мероприятия и поэтому очередь выстраивается уже за долго до открытия столовой. Думаю обусловлено оно тем ,что те кто приходят уже на второй час обеда уже наблюдают не очень приятную картину в виде грязных столов. ФОТО

Что касается остального, то тут есть комната для игры детей, комната для стирки, спортивная комната. Есть также отдельно стоящее помещение, в котором находится несколько видео комнат, в которых можно посмотреть телевизор, так же можно поиграть в настольный теннис, есть поле для футбола и детская площадка. ФОТО трех копусов

(На фото выше корпус для развлечения)

Вокруг корпусов довольно-таки большая зеленая территория

В Доме проживания есть два туалета на первом этаже и две душевых комнаты .На втором этаже такое же расположение. В одном крыле здания мужской туалет и душ, в другом женский. Уборка тут производиться два раза в день, так что с чистотой более-не менее тут порядок  ФОТО

Фото душевой комнаты

Фото туалетной комнаты

 Можно пользоваться телефонами и другими гаджетами. К одному из минусов так это нет уже привычно в Европе WI-FI. Каждый тут уже выкручивается, как может.

Еще хочу отметить ,что приносить и распивать спиртные напитки тут категорически запрещено! Но, тем не менее, на входе тут не обыскивают, и принести с собой с города пару бутылочек пива не так уж и сложно! Вечерами, проходя мимо комнат с жителями Азии и Африки можно учуять запах марихуаны.

08/05/2015 г. Я спросил у своего Хаус мастера, могут ли ко мне приехать друзья, и  мы на выходные поедем и отдохнём, на что он мне ответил, что это запрещено! Конечно! Нас это очень расстроило, тем более, что в субботу и воскресенье тут никаких мероприятий с эмигрантами не производиться.

Вечером это же дня мне позвонил мой друг и сообщил, что стоит под воротами, что бы я взял вещи и выходил, он нас забирает на выходные!!! Каково же было моё удивление, что всё-таки так можно!!! И работник попросту сказал мне не правду! Зачем? Оставив у охранников внутренние паспорта, мы поехали на ближайший кемпинг и весело там провели двое суток! Это класс, это отвлечение от всех проблем! Конечно, не всем так везет как нам, но мы были на тот момент счастливы!!!

10/05/2015 г. К обеду мы вернулись, нас пропустили на входе и сказали, что паспорта наши у хаус мастера. Прейдя в комнату мы обнаружили что наша номер закрыт на ключ ( тут мы не имеем ключей и комнаты никогда не закрываются снаружи). Наш хаус мастер открыл нам комнату и сказал что наши паспорта у старшего в Хаусе номер 3.

Мы прошлись в третий Дом в ожидание неприятного разговора. Но, слава богу, ничего такого не было, он нам отдал паспорта и сказал, что если мы уезжаем на сутки ,надо было бы просто его предупредить! Странная ситуация ввиду того, что сначала вообще как бы нам нельзя было выезжать, и потом, нас мог бы и предупредить охранник при выходе.

Тем не менее, этого не было и все случилось, как случилось!

Сегодня  11/05/2015 г. Мы с тревогой ждали, что нас вызовут на «разбор полётов»  но, тем не менее, ничего такого не произошло и мы продолжаем ждать! Теперь пройдя все этапы этого лагеря, мы в ожидании распределения, тут его называют Трансфер! По словам «сторожил» время от момента прибытия, до момента трансфера проходит примерно 2 недели.

Источник: http://www.partner-inform.de/blogs/detail/16/1860/lager-dlja-bezhencev-nostorfhorst-vzgljad-iznutri

Лагерь беженцев: почему на улицах немецких городов не видно толп сирийцев?

Не все в Германии рады потоку беженцев из Сирии. Где-то их встречают правые экстремисты, а где-то — салафиты. Мы отправились в один из лагерей беженцев, чтобы поговорить и увидеть, как проходит их жизнь.

Ситуация с беженцами в Германии комментируется двояко: либо как конец немецкого порядка в следствие нашествия варваров, либо как однозначная победа европейского гуманизма. Первые забывают о том, что этот порядок неоднократно выстоял.

Можно вспомнить, например, беженцев с Балкан — только в одном 1992 году в Германию прибыло более 400 тысяч (по данным Федерального ведомства по вопросам миграции и беженцев). Вторые закрывают глаза на агрессивные выступления правых экстремистов в городах на территории бывшей ГДР.

Несколько поджогов зданий, предназначенных для размещения беженцев, демонстрации и столкновения с полицией.

Чтобы узнать, как все происходит на самом деле, как попадают в немецкие города бросившие родину и родных сирийцы, иракцы, афганцы, пакистанцы и эретрейцы, мы посетили федеральный пункт приема и распределения в Дюссельдорфе, а также один из лагерей.

Наш лагерь – в Дюссельдорфе, столице Северной Рейнвестфалии, самой населенной из федеральных земель. И здесь же находится вокзал дальнего следования, куда приходят поезда с беженцами из Мюнхена, и служба, координирующая действия всех организаций, занятых приемом, распределением по коммунам и размещением по лагерям (Красный Крест и другие благотворительные организации).

Беженцев в 5 раз больше, чем ждали в Дюссельдорфе

Мириам Кох

Еще в 2014 году в правительстве федеральной земли осознали, что поток беженцев в Германию будет только расти, поэтому была создана должность уполномоченного по делам беженцев, сегодня ее занимает Мириам Кох.

— По прогнозам на 2014 год, в Дюссельдорф должны были приезжать 150 человек в месяц, — рассказывает нам Мириам Кох. – Из этого расчета и готовились лагеря, переоборудовались старые офисные здания, закрытые школы. К началу лета все уже было готово.

Но ситуация резко изменилась – в Дюссельдорф прибывают теперь 750 человек ежемесячно, в пять раз больше, чем планировалось. Если подумать — это капля в море для 600-тысячного города, — но готовых помещений нет, нужны какие-то временные решения. Мы стараемся найти подходящие здания.

И это в экстремально короткие сроки.

Каким образом все организовано: в Мюнхене каждый день формируются два состава с беженцами, они приходят с промежутком в два часа попеременно — один вечер в Дюссельдорф на вокзал дальнего следования Дюссельдорф — Аэропорт, другой вечер — в Дортмунд (со следующей недели встречать беженцев будет Кельн).

Их принимают служащие администрации, медики, полицейские и волонтеры (до 25 человек каждую ночь). Волонтеров очень много, большей частью это мигранты, и это важно, потому что нам требуются переводчики с арабского, берберского, курдского, фарси, дари, урду, турецкого, македонского и других.

На официальном сайте мы разместили формуляр для регистрации волонтеров, уже есть больше тысячи желающих. Благодаря этому мы создали смены дежурных на вокзалах на несколько суток вперёд.

Журналистам запрещено заходить на территорию зала ожидания в то время, когда там находятся беженцы. Но нам удалось увидеть, как все организовано днём, накануне прихода поездов. Огромный зал был разделен на несколько частей деревянными ширмами. В одной части находилась мобильная кухня.

Вдоль стен были выделены отдельные помещения: комната матери и ребёнка и медицинский пункт, комната для молитв, склад с вещами и спальня. В углу банк поставил свой пункт размена денег.

Мне объяснили, что многие из беженцев не могут купить железнодорожный билет, потому что у них не принимают крупные купюры.

— Билет куда? Неужели до лагеря их доводят не бесплатно? 

Читайте также:  Возможно ли двойное гражданство для жителей россии и кыргызстана

— В лагеря, конечно же, бесплатно, но не все хотят остаться в нашей федеральной земле, часть людей едут дальше за свой счёт, в Данию и Швецию.

— И они имеют право это сделать?  

— Конечно, мы не имеем права никого задерживать. Они могут свободно перемещаться. Если их поезд приходит только утром, то они могут спать в комнате, отведенной для этого. Однажды прибыло 500 человек и где-то 100 из них хотели ехать дальше, тогда нам пришлось установить раскладушки на втором этаже холла.

Прибытие поезда с беженцами нельзя снимать, но попробую описать.

За несколько минут до прибытия поезда на перрон выходят люди в полицейской и врачебной форме (последние были с мобильными носилками и необходимой аппаратурой на экстренный случай), в жилетах разных цветов, маркирующих служащих и волонтеров.

Вагоны остановившегося поезда по очереди открывают двери, беженцы выходят малыми группами, их сопровождают люди в жилетах, объясняя иногда что-то на ходу. Молодых мужчин — большинство, и не все они сирийцы.

Большинство было без вещей, только с пластиковыми пакетами, иногда с небольшими рюкзаками. Одиноких женщин не было вообще, только в составе семей. Вся высадка занимает не больше 15 минут, затем двери зала ожидания закрываются, с платформы убирают ограждение, вокзал опять принимает обычный вид.

После короткой передышки в вокзальном зале ожидания, беженцы отправляются в федеральный лагерь, там они находятся несколько дней, проходят первичную регистрацию и распределение уже в окончательный пункт, коммунальный приют или общежитие, где они живут несколько месяцев, в ожидании решения по своему заявлению о получении статуса беженца.

Лагерь беженцев из стран Ближнего Востока, Африки и Балкан

Палаточный городок в бывшем школьном спортзале

Кухня-столовая

Жилая комната в классной комнате (бывшем учебном классе)

Сирийский беженец в палатке

Уполномоченный по коммуникации Херберт Шпис

Один из лагерей Дюссельдорфа оборудован в здании бывшей школы. В классных комнатах расставлены пожертвованные армией и отелями кровати, внутри спортзала палаточный городок, по «улицам» между отдельными пронумерованными «домами» катаются на трехколесных велосипедах дети. Во дворе установлены дополнительные контейнеры с туалетами и душем.

На территории школьного футбольного поля стоят огромные палатки — они могут выдержать только 8-бальный шторм, поэтому перед наступлением зимы над ними будет установлена еще одна палатка большего размера.

В административном здании бывшей школы расположен склад с пожертвованными вещами, на котором работают волонтеры, сортируя одежду и обувь по сезону и размерам.

Уполномоченный по вопросам коммуникации Херберт Шпис рассказывает об особенностях жизни в лагере:

— Раздавать вещи беженцам прямо в руки не рекомендуется, потому что это провоцирует ненужную агрессию, пускать самостоятельно на склад нельзя — все вещи исчезнут в одночасье, люди разберут все про запас. Поэтому все делается только централизованно: сначала выясняется, в чем человек нуждается, определяется его размер, а потом со клада выдается обувь и одежда.

Салафиты пытались проникнуть к беженцам

Работу этого лагеря обеспечивает Красный крест, поэтому сюда направляют семьи с маленькими детьми, беременных женщин. Здесь строго контролируется, имеют ли дети прививки, так как дети школьного возраста обязательно должны посещать занятия в школе. Беременные женщины и младенцы находятся под постоянным медицинским наблюдением.

Проблем правыми экстремистами в Дюссельдорфе нет, в отличие от востока Германии. Есть другая крайность — это салафиты. Неделю назад они заявились сюда во всем своем облачении, попросили разрешения почитать беженцам из Корана, раздать детям конфеты.

Сотрудники Красного креста вызвали полицию, салафитам был дан запрет на приближение к лагерю, и были проинформированы специальные службы.

Практически все живущие в лагере люди дружелюбны и вежливы, бывают, конечно, и трудности, но среди сотрудников всегда есть люди, знающие несколько языков, а если их не хватает, то можно обратиться к переводчикам.

— Большая проблема — это гигиена, — говорит Шпис. — Молодые мусульманские мужчины не привыкли убирать за собой».

— О, да, эти новые беженцы вообще порядка не знают, — подтвердил мне чеченец, старожил по меркам этого лагеря. Его семья уже больше 3 месяцев в Дюссельдорфе, младший 12-летний сын ходит в школу, родители хвастаются, что просто отличник. — Они мусорят повсюду, мы им говорим, жалуемся, но пока они поймут!…

Беженец из Чечни

Истории беженцев

Лагерем чеченцы довольны, а им есть с чем сравнивать. Первый раз они уехали из Чечни в 2007 году в Бельгию, провели там несколько месяцев, получили отказ, вернулись обратно на Кавказ. Второй раз они решились стать беженцами из-за своего старшего совершеннолетнего сына, потому что не хотели, чтобы он шел служить в армию.

— Многих призывников из нашей деревни отправили воевать на Украину, похоронки уже были. Почему я должна кому-то отдавать сына, которого родила и растила? Я хочу, чтобы мой сын был со мной, — объяснила мне рожденная в Казахстане чеченка.

Чеченцы, бывалые беженцы, произвели впечатление уверенных в себе, знающих свои права, в отличие от вновь прибывших.

С сирийцев Абитом я случайно познакомилась по дороге из лагеря на железнодорожной станции. Он попросил помочь ему разобраться с поездами и расписанием. Бывший полицейский из Дамаска, один в Германии, семья осталась в Сирии.

Кроме арабского языка знает только английский, и то очень плохо, поэтому узнать, по какой причине полицейский оказывается вынужден покинуть свою родину, мне не удалось.

Абит — один из тех, кого обсуждают СМИ Европы и даже Казахстана: его путь пролегал через Турцию и Грецию, где у него украли смартфон и паспорт (про паспорт я, правда, не поверила), затем была Венгрия (тут он тихим голосом помянул мадьяр, очевидно, недобрым словом), Балканы, Австрию. На машине, автобусе, поезде, пешком. Что будет делать, не знает. В глазах — неуверенность и тоска.

Что могут немцы: когда бюрократия на пользу

Посещение лагеря беженцев, приемного пункта на вокзале, встреча Мюнхенского поезда показали, что — да, немцы могут. Они могут организовать доставку, распределить по отдельным коммунам-городам и поселкам, дать крышу над головой, обеспечить питанием и медицинской помощью.

Поэтому обычный гражданин Германии и не видит никаких сирийских, афганских и прочих толп на улицах и часто даже не знает, где находятся лагеря для беженцев.

Еще стало ясно, что коммунальные службы и благотворительные фонды– только часть организаций, задействованных в разрешении сложной ситуации с беженцами в Германии.

На часть вопросов коммунальщики просто не могут дать ответ: они не знают, как происходит принятие решения о предоставлении заявителю статуса беженца или о высылке на родину; они не в курсе, как работают интеграционные центры и как и кем организуются языковые курсы.

Чтобы понять, каков путь от бесправного беженца до временного или постоянного члена общества в Германии, необходимо обратиться за разъяснениями и комментариями в Федеральное ведомство по вопросам миграции и беженцев и в другие федеральные или государственные, благотворительные или частные учреждения. Можно, конечно, обвинить такую заорганизованность в излишней бюрократичности, но, возможно, именно эта черта привлекает беженцев в Германии и дает им надежду на будущее.

Источник: https://365info.kz/2015/09/lager-dlya-bezhentsev/

Майлис Репс о лагерях беженцев: нам еще многому надо учиться

Вице-председатель Центристской фракции отметила, что ее поразил уровень организации системы приема и распределения беженцев: от поиска жилья до создания специальных систем поддержки при обучении беженцев в немецких школах.

«Разумеется, у нас нет такой готовности на сегодня» – говорит Репс.

По словам Репс, Эстония может многому учиться у Германии, прежде всего тому, как справляться с потоком беженцев, а не только с отдельно взятыми семьями.

Эстонский политик рассказала о двух лагерях. Один из них расположен в самом центре немецкой столицы – Берлине, в бывшем спортзале, а второй – в Ноймаркте, в Баварии. В берлинском лагере на данный момент пребывает порядка 350 беженцев, в Ноймаркте – более 100.

«Это так называемые первичные центры распределения, куда поначалу свозятся все беженцы, а затем их рассредотачивают согласно квотам по федеральным землям», – уточнила Репс.

В подобных временных центрах люди находятся всего пару недель, затем им подыскивается жилье на постоянной основе. «Кстати, с постоянным жильем в Берлине большие проблемы, – отметила Репс. – В мелких городах, таких как Ноймаркт, эти проблемы решаются быстрее».

Политик рассказала, что беженцам предлагается жилье очень разного уровня: от приличных квартир до комнат в общежитии. И куда ты попадешь – дело случая.

В Германии беженцам, пока они находятся в лагере, выдаются карманные деньги в размере прожиточного минимума — около 200 евро в месяц. После переезда в квартиру, например, семья с тремя детьми получает 1380 евро на руки.

Кроме того, за них оплачивают все коммунальные, арендные и прочие расходы.

В Германию прибывают очень разные беженцы: около 50% из них – сирийцы, остальные – из разных Балканских стран, Афганистана, Ирака и других точек мира.

Как отметила Майлис Репс, основная масса прибывающих – это молодые люди, которые приезжают в страну поодиночке, и семьи с детьми: «Сначала их всех размещают в лагерях. Через некоторое время часть мигрантов высылают из страны. К слову сказать, многих прибывших из Балканских стран сейчас отправляют обратно».

В течение минувшего года в Германию прибыло почти 1,2 миллиона беженцев, еще более 100 000 приехали в течение января. По прогнозам, в 2016 году в Германию приедет в общей сложности более миллиона беженцев. «Приходится констатировать, что поток беженцев не уменьшается», – признала политик.

Эстонские парламентарии встретились в Германии с министрами, представляющими сферу гражданства и миграции.

По словам Майлис Репс, немецкие министры подтвердили, что все прибывшие беженцы, имеющие основания остаться в Германии, будут распределены внутри страны. С ними власти Германии обещают справиться сами, без посторонней помощи. Споры ведутся вокруг так называемых новых мигрантов, которые пока находятся в лагерях Турции, Сирии или Иордании и еще только направляются в Италию и Грецию.

Немецкие политики пояснили эстонским коллегам, что наиболее ожесточенные дебаты проходили в стране до прибытия беженцев, а когда людей стали размещать в лагерях беженцев, то местные жители начали о них заботиться. В Берлине на помощь беженцам пришли около 1000 добровольцев, которые присматривают за детьми, обучают их языку и делают массу других полезных дел.

Источник: https://rus.postimees.ee/3593475/majlis-reps-o-lagerjah-bezhencev-nam-ewe-mnogomu-nado-uchitsja

Ссылка на основную публикацию